Эванджелина, слышавшая подобные высказывания и прежде, обычно закатывала глаза и вместе с матерью смеялась. На сей раз, однако, ее отчего-то охватила дрожь. Кто-то этим утром был не в состоянии устоять перед ней. И какой это был поцелуй!

— Я хочу надеяться, что мужчины будут больше беспокоиться о том, чтобы я не устояла перед ними, — сказала она. — Пока что в нашем списке остались лорд Дэпни и лорд Редмонд.

Выпрямившись, виконтесса постучала по подбородку.

— Дэпни или Редмонд? Гм… Оба хорошие претенденты. Ты приобретешь богатство, титул и престиж с любым из них, но Дэпни гораздо моложе. Ему сколько — кажется, двадцать один?

Эванджелина кивнула:

— Всего лишь на два года старше меня.

— Это мне по душе. Молодые люди легче поддаются перековке. Он влюблен в тебя?

— Похоже, да. Однако я думаю, что Редмонд потребует меньших усилий.

— В любом случае мы должны быть абсолютно уверены. Мужчины имеют привычку не показывать своих истинных намерений, пока они не заманят леди в неравный союз.

Эванджелина улыбнулась:

— Ну, это когда мы позволим себя заманить.

— Именно. И как ты понимаешь, выявление всех недостатков и способов их обуздания дает нам преимущество.

Раздался стук в дверь. Доретта открыла, и в комнату вошел отец Эванджелины.

— Я слышал, что твоя тетя подарила тебе ожерелье с бриллиантом, Джилли, — сказал Джон, виконт Манроу, с улыбкой. — Я пришел посмотреть на него.

Эванджелина хотела, было подняться, чтобы показать украшение отцу, но виконтесса толкнула ее в плечо, принуждая оставаться на месте.

— Не сейчас, Джон, — сказала мать. Она махнула рукой и нахмурилась, когда повернулась к мужу лицом. — И потом, ты не можешь быть в этом наряде сегодня вечером. Ты ведь знаешь, что я смотрюсь не очень хорошо рядом с цветом беж. Надень темно-зеленый костюм, он отлично дополняет мой желтый шелковый наряд.